15 
апр.
2020
12:28
27
18
1231
Virtual karabakh

Ильгар Велизаде: Международную систему экономических отношений ждет серьезная трансформация - ИНТЕРВЬЮ

Интервью Oxu.Az с политологом Ильгаром Велизаде.

- Постпандемический мир. Чем он будет отличаться от привычного нам, который был до появления угрозы распространения коронавирусной инфекции?

- Всем давно очевидно, что постпандемический мир будет сильно отличаться от того, каким мы его видели еще несколько недель назад. Сегодня все чаще нанесенный коронавирусной пандемией урон сравнивают с последствиями Второй Мировой войны. По крайней мере очень многие государства оказались в настолько критическом положении, что даже без ведения военных действий их экономикам нанесен очень серьезный ущерб.

Речь идет о триллиардах долларов и евро. Ущерб от пандемии в одной только Италии сегодня оценивается в более чем 750 миллиардов евро. Причем эта цифра будет расти, поскольку меры жесткого карантина решено было пролонгировать. А ведь Италия - это восьмая экономика мира. Не в лучших условиях находятся и другие страны. Однако в целом ряде ведущих государств есть подушка безопасности в виде накоплений предыдущих лет, которые, тем не менее, интенсивно расходуются. В других - стратегические запасы, стремительно сократившись, достигли предельного минимума.

С другой стороны, мы понимаем, что полностью остановить жизнедеятельность обществ, свести на нет десятилетиями наработанные формы общественных отношений, экономической деятельности, политической организации невозможно в принципе. Поэтому планета вынуждена адаптироваться к новым условиям, мир сегодня переходит на другие, наиболее приемлемые условия общественного функционирования. В частности, все больше людей, имеющих возможность работать из дома, переходят на удаленный режим трудовой деятельности.

Однозначно будет увеличиваться роль ИКТ. Будущее человечества связано все-таки больше с цифровыми технологиями. Уже несколько лет во многих странах активно используются порталы электронных правительств, и государства будут и дальше совершенствовать эту информационную составляющую своей регулирующей деятельности. 

Все больше и больше компаний в новых условиях будут стремиться перестроиться и активнее использовать возможности роботизированных систем для выпуска различных видов продукции. В мировой экономике произойдет трансформация человеческого фактора. Не сокращение, а, именно, трансформация. По крайней мере появится тенденция, когда живую силу будут реже использовать при выпуске готовой продукции. Естественно, речь идет о наиболее развитых государствах. 

В свою очередь, это вызовет переквалификацию трудовой силы. Появятся новые специальности, связанные с информационно-коммуникационными технологиями, автоматизированными системами управления, инновационными форматами. Последует развитие онлайн-торговли, населению будут оказываться онлайн-услуги. Скорее всего, будет перестроена система здравоохранения. Во многих странах ее дальнейшее развитие привяжут к потенциальным рискам возникновения подобных пандемий. Увеличится востребованность в медиках и фармацевтах. Вирусология станет наиболее "модной" профессией среди врачей. Новый толчок получат биологические науки. Вероятно, это направление будет играть очень важную роль в развитии человечества в целом. 

Обратите внимание: в последние несколько недель лидеры многих государств активно стали прибегать к форматам онлайн-конференций, онлайн-контактов. Следовательно, такие формы взаимодействия между мировыми политическими лидерами будут развиваться и в дальнейшем. 

Не исключаю также возможную трансформацию роли и функции государственных границ. До сих пор они действовали в привычном нам режиме. А в постпандемический период, скорее всего, появится феномен "электронных границ".

- Кстати, о границах. С распространением пандемии страны Европейского Союза "сели" на карантин. Закрылись границы, заморозилось международное экономическое сотрудничество, прекратилось свободное перемещение людей. До того из ЕС вышла Великобритания. Что ожидает это международное образование, возникшее на основе заключенного в 1992 году Маастрихтского договора?

- Последствия пандемии отразятся на Европейском Союзе очень серьезно. Скорее всего, конечно, увеличится количество евроскептиков. В частности, уже сегодня на политическом уровне наблюдаются серьезные проблемы по вопросам выпуска так называемых коронабондов. Часть государств выступает против этого. Другие страны, понесшие огромный экономический урон от пандемии, в том числе Италия, Испания, и, частично, Франция, рассчитывают на помощь менее пострадавших и более состоятельных соседей по Евросоюзу. 

Германия, Голландия и другие, накопившие в предыдущие годы серьезные резервы, не спешат использовать их на общие цели, больше рассчитывая обратить их в пользу собственных экономик, также пострадавших от этого вируса. 

Сегодня эти дискуссии принимают достаточно острые формы, но к единому знаменателю стороны так и не пришли. За несколько месяцев до массового распространения коронавируса непростыми выглядели также и дискуссии относительно общего бюджета Европейского Союза.

Страны ЕС фактически оказались не в состоянии принять его на длительную перспективу. Работа же над общим бюджетом на среднесрочную перспективу фактически застопорилась пандемией. Это говорит о том, что противоречия имеют все-таки очень серьезный характер. Несмотря на то, что различные политики говорят, что Евросоюз с честью выдержит эти испытания, справиться с трудностями на самом деле будет очень сложно.

Что касается европейских границ и системы взаимоотношений в рамках единых норм и правил, то и здесь имеются серьезные проблемы. За долгие годы европейцы сегодня впервые вспомнили о существовании границ. В целом ряде случаев восстанавливались контрольно-пропускные пункты. Правда, ограниченного действия. И, тем не менее, они были введены. Пограничный режим в целом ряде случаев был частично восстановлен. И это говорит о том, что старые привычки в новых условиях работают и достаточно эффективно.

Поэтому я думаю, что эти границы, их функциональное значение тоже изменится, но, все-таки, они остаются основными факторами, в пределах которых европейские народы могут регулировать национальные системы политических, экономических отношений и формулировать свое видение по тем или иным актуальным вопросам, противопоставляя его общему европейскому видению.

Если же говорить о подписанном в 1992 году Маастрихтском договоре, то он предусматривал частичный отказ от национального суверенитета в пользу общеевропейского суверенитета. Сейчас происходит частичный откат от тех ценностей, которые были выработаны на заре становления ЕС. Это международное образование сегодня остро нуждается в реформировании.

Эта необходимость просматривается все более отчетливо. И, скорее всего, после пандемического кризиса о реформах в Евросоюзе заговорят уже не вполголоса, а во всеуслышание. Преобразования дадутся ЕС нелегко, но очевидно, что они необходимы.

- Сколько времени понадобится, чтобы мировая экономика вернулась к уровню начала 2020 года?

- По оценкам многих экспертов, чтобы выйти на уровень 2020 года, потребуются годы. Еще несколько недель назад бытовали другие суждения, другие оценки. Но сегодня мы уже говорим о затяжном характере проблемы. Дело в том, что кризис усугубляется. Его пик придется на май-июнь и это в лучшем случае. Многие массовые мероприятия отменены до осени включительно. Государства пересматривают текущие бюджеты, а бизнес сворачивает инвестиционные программы. Это говорит о том, что экономика продолжает падать.

Если в ближайшие несколько месяцев рецессия продолжится, то и восстанавливаться тоже придется не в одночасье. Простаивают производственные мощности многих мировых промышленных гигантов, персонал распущен. Наладить выпуск продукции в этих условиях в ближайшее время не представляется возможным.

Перед мировой экономикой стоит еще и другая проблема. Дело в том, что многие государства находятся перед непростым выбором, поскольку очевидно, что даже в условиях пандемии нужно будет в ближайшее время запускать производственный процесс. Ведь длительный простой предприятий грозит серьезными социальными последствиями и коллапсом рынка рабочей силы. Люди не получают зарплаты, но они должны на что-то жить. Социальные пособия - это минимум, позволяющий людям сводить концы с концами. Если предприятия не будут работать, то невозможно будет обеспечить даже самые минимальные потребности населения. 

Условно говоря, если где-то в Бразилии, Малайзии, Таиланде будут простаивать заводы по производству каучука, то во Франции и в Китае начнутся проблемы с производством шин. А если будет лихорадить мировой шинный рынок, то это негативно отразится, например, на функционировании сельскохозяйственной техники. Машинам не на чем будет ездить. Как это скажется на сборе урожая, догадаться несложно. Конечно, это довольно упрощенная схема. Но увы, в условиях глобализации экономики она наглядно показывает всю остроту проблемы. Поэтому во многих странах сейчас рассматриваются сценарии возобновления деятельности предприятий даже в условиях распространения коронавируса.

В результате пандемии нарушились производственные цепочки, прекратилось функционирование целых систем, отлаженных годами, которые никогда не останавливались на протяжении десятилетий. Поэтому в этих условиях нужно будет думать о том, как эффективно запустить эти цепочки и восстановить систему производства в прежнем виде. В данном случае намного более эффективную.

- Насколько изменится соотношение сил в мире по сравнению с историческим периодом, предшествовавшим пандемии COVID-19? Возникнут ли новые военные конфликты?

- Дело в том, что если говорить о региональных конфликтах, то все-таки акторы региональных распри, деструктивные силы, всевозможные международные террористические организации действуют по своим правилам. И ослабление государственных институтов как раз дает им возможность расширить свою деятельность. Однако в новых условиях, конечно, у них тоже будет наблюдаться сокращение ресурсной базы, и в этом смысле в целом ряде случаев мы можем ожидать переформатирование существующей системы конфликтов. То есть нынешние конфликты также будут адаптироваться к новым, изменившимся условиям.

Конфликты, о которых мы знали еще год назад, также будут меняться. Наверное, деструктивные силы больше приспособятся к использованию технически более совершенных средств ведения войны. Они будут прибегать к более изощренным способам, чтобы достигнуть своих целей. Но при этом "классические" способы, такие, как террористические акты, война с применением огнестрельного оружия, останутся актуальными еще достаточно долго.

При этом, естественно, нельзя полностью исключать возникновения новых конфликтных ситуаций. В то же время каких-то масштабных кампаний в новых условиях ожидать, наверное, не придется. Кстати говоря, если говорить о военной составляющей, то многие страны сегодня сталкиваются с угрозой распространения коронавируса в воинских частях. Это тоже серьезным образом сдерживает военную активность.

- Претерпит ли изменения используемая Вашингтоном политика санкций в отношении своих противников? 

- В санкционную политику Вашингтона, скорее всего, могут быть внесены какие-то определенные коррективы, но не существенные, поскольку цели и планы Белого дома не поменялись. Основные доктрины остаются неизменными. Вот когда они претерпят изменения, тогда, возможно, и подход к существующим проблемам будет несколько иным. 

Концептуально ничего серьезно не поменяется, потому что механизм санкций для Вашингтона оказался эффективным в плане сдерживания устремлений и ограничения возможностей его противников. С другой стороны США сегодня столкнулись с необходимостью пересмотра своего подхода к системе международных экономических, а, возможно, и политических отношений в целом. И здесь он не уникален. 

В этом смысле, конечно, международную систему экономических отношений ожидает серьезная трансформация, которая так или иначе затронет и санкционную практику. 

Расим Бабаев

Свяжитесь с нами

Другие новости раздела Политика