20 
нояб.
2021
11:45
180
33
4431
Virtual karabakh

На полу сидит русская женщина и плачет навзрыд над телом своей дочери. ИНТЕРВЬЮ с ветеранами Карабахской войны

Елена и Виктор Микляевы - ветераны первой Карабахской войны и активные бойцы информационного фронта. Он полковник-лейтенант в запасе, за службу Отечеству был дважды награжден общенациональным лидером Азербайджана Гейдаром Алиевым. Она служила в летном полку секретной части. 

Media.Az удалось поговорить с супругами, которые и сегодня готовы пойти на фронт, если в этом возникнет необходимость.

Елена Микляева:

- Я работала в Забратском Объединенном авиационном отряде, а когда стала формироваться национальная армия, нас перевели в летную часть военного полка Гала. Когда мужа перевели на должность начальника связи артиллерийской бригады N-ой военной части Министерства обороны Азербайджана, меня перенаправили туда на должность радиотелефонистки КШМ - Командноштабная машина.

Оттуда откомандировали в Хачынстрой (Хачынабад) - деревня и наименее густонаселенный муниципалитет в Бейлаганском районе Азербайджана.Так я прослужила в армии 23 года (вместе с льготными), мы делали все, что могло бы помочь нашим бойцам в неравном для них бою.

У моего супруга - полковника-лейтенанта в запасе Виктора Микляева за плечами (вместе со льготными) 43 года службы. Он ушел из армии в 1999 году, последние годы работал старшим преподавателем кафедры связи Азербайджанского высшего военного училища.

- А вы родились в Азербайджане?

Виктор Микляев:

- Да! И я, и моя супруга! Я родился в 1949 году в поселке Бинагади Кировского района (сейчас Бинагадинского района), а моя супруга уроженка поселка Балаханы Сабунчинского района.

В 1966 году окончил школу, активно занимался спортом, играл в футбол, потом перешел в легкую атлетику. Срочную военную службу проходил в Киеве. Как раз во время службы поступил в Томское Военное училище связи. Служил на различных должностях в Советской армии. Окончил Центральные офицерские курсы в городе Полтавы.

- А в период Карабахских событий вернулись в Баку?

- В 1991 году приехал в отпуск в Баку. Мой сосед - полковник Аллахверди Нуриев рассказал, что в Азербайджане формируется Национальная армия, мол, требуются офицеры. Так я ушел из Советской армии и вернулся на Родину. В 1991 году стал советником начальника отдела связи ПВО артиллерии Минобороны Азербайджанской ССР.

- Вы беспечивали военные части связью?

- Да, ездил и проверял все ли налажено.

- Тогда уже начались боевые действия?

- Да, в 1992 году уже начались столкновения. Помню приехал в одно из сел Агдама, смотрю 16 человек лежат мертвые. На полу сидит русская женщина и плачет навзрыд над телом своей дочери. Я понимаю, что мне ее ничем не успокоить…

Азербайджанка, стоящая рядом, говорит мне, что ночью армяне убили девочку. Подняли и головой со всей силы об угол дома. Разбили всю голову, она сразу скончалась, а вокруг все в крови. Я человек военный, конечно, привыкший к таким картинам, но даже меня повергло в шок подобное зверство. И эти люди говорят о том, что конфликт носит религиозный характер, это чистый бандитизм. После этого происшествия начальник моего отдела не выдержал и ушел с должности, а я перешел на его место.

- А в 1993 году Агдам оккупировали, как и другие наши районы…

- Говорю об Агдаме, а перед глазами последняя игра "Карабаха" (Агдам) с "Тураном" (Товуз) на стадионе "Имарат". Тогда "Карабах" выиграл со счетом 1:0. Это было незадолго до оккупации.

...В 1992 году у всех жителей Карабахского региона изъяли охотничье оружие. Речь об азербайджанцах. А у армян в Ханкенди находился мотострелковый полк, в нем из 100% советских солдат 90% были лица армянской национальности. Этот вопрос почему-то умалчивается. А вооружений там было на 3-4 полка, речь о пулеметах, автоматах и других видах вооружения. Это "остатки" Советской армии, фактически тогда СССР уже не было, а полк с оружием был. По этой причине азербайджанцы не могли дать должный отпор. Тогда напали фактически на безоружное населения.

- Удар в спину, как говорится…

- Да… Это народ такой. Еще задолго до этих событий меня предупреждал мой отец. Он как-то сказал, что за нашим столом никогда не будет сидеть армянин. Речь о 60-х годах. Он говорил, что это народ, который всегда готов вонзить нож в спину. И меня предупреждал: "Сын, не доверяй им полностью, у них всегда припрятан камень за пазухой". Так и получилось. А мы же добрый народ, не могли и подумать о такой подлости, считали их соседями… В Азербайджане армян никогда не зажимали, всегда хорошо относились, а в ответ получили нож в спину. Но лично за себя я им отомстил.

- Как?

- Помню, едем в сторону Губадлы на машине "Урал", нас несколько офицеров, вокруг темнота. Часть территорий уже оккупированы… И мы заблудились. Смотрю, стоит собранный из бетонных блоков, назовем это дом, а рядом 16-ти ствольная пусковая установка, самодельная. Сразу не можем понять, кто в нем.

Остановились, я был одет в полевую форму "афганку". Мне навстречу выходит армянин, я понимаю, что нельзя показать им, что мы азербайджанцы. А в карманах у меня гранаты (улыбается). Я обращаюсь к нему на армянском языке, поскольку довольно хорошо на нем говорил. Он думает, что я "свой" и заходит обратно в самодельное строение. Немедля бросаю туда четыре гранаты, поворачиваюсь и ухожу. Установку мы с сослуживцами тоже подожгли…

- Вы говорили на армянском?

- Да, я говорил на многих языках, так как вырос в многонациональном поселке Бинагади.

- А сейчас?

- А после того, как получил контузию, ни на одном из них и говорить толком не могу. Если только на русском…

- Вы подорвались в период Карабахской войны?

- Конечно! Осенью 1993 года, когда объезжал со своим водителем воинские части, как обычно, проверял связь... Территориально мы были в Тертерском районе, ехали по направлению к Агдере. И уже раза 3-4 объездили эту местность, поздно ночью возвращались обратно. Проезжая поселок Шыхарх в Тертерском районе, наехали на противотанковую мину.

- Слава Богу, вы остались живы…

- Мы ехали на "Жигули" с большой скоростью, мина подорвалась после того, как мы проехали, но взрывная волна отбросила и перевернула машину... На дворе стояла глубокая ночь. Получается, что армянские террористы проникли и заложили мину. Я тогда служил при ныне покойном генерале, командующем артиллерии Гаджирагиме Мамедове. Действительно, большое чудо, что я остался жив.

Елена Микляева:

- Вы знаете, я словно почувствовала эту трагедию. Когда он бывал в командировках, он звонил утром и вечером, так мы хотя бы могли услышать голос друг друга. А в тот страшный день не позвонил. Прошли сутки, но звонков все еще не было. Я уже начала переживать. Смотрю идет офицер, решила у него поинтересоваться, мол, как там мой муж. А он так встревожился, спрашивает у меня, мол, ты не знаешь до сих пор?! Я взволнованно пыталась уточнить, что именно, но он, отнекиваясь, быстро ушел.

Не получив никакой информации, я уехала домой. Этой ночью вижу сон, как Витя на машине попадает в обрыв. Я хожу вокруг автомобиля и зову его, но супруга нет. Одновременно, слышу его голос где-то вдалеке, он просит помочь.

Я в ночной рубашке вскочила и бежать к калитке, ударилась об нее лбом, села и начала рыдать. А у нас тогда была большая немецкая овчарка, прибежала ко мне и согрела своим теплом. Тем утром я торопилась на работу. Пришла и потребовала, чтобы мне объяснили причину отсутствия моего мужа. Тогда уже им пришлось рассказать, что он подорвался на мине, получил сильную контузию и некоторое время его просто нельзя было транспортировать. Спустя неделю Витю привезли на вертолете в Баку. В госпитале он почти не лежал, чувствовал себя нормально, но знание языков полностью исчезло.

- Главное, что остался жив. А вы познакомились в период войны?

- Нет, чуть раньше. Дружили наши родители, больше отцы. Отец Виктора рассказывал сыну про меня, все уши прожужжал. И вот как-то привел его к нам в гости. Так мы и познакомились, а затем и поженились (смеется). Венчались, кстати, в 2006 году. У нас две дочери и пять внуков.

- Любовь, пронесенная через года…

- Да, прошли войну и все житейские трудности вместе. Никогда не сдавались, рука об руку. До сих пор не теряем оптимизма, несмотря на возраст, Витя каждый год, 31 декабря переодевается в Деда Мороза и поздравляет всех детей с праздником.

Виктор Микляев:

- …Но в прошлом году совесть не позволила. Дети, конечно, ждали моего прихода, поэтому я одел военную форму и пошел в ней. Я не мог позволить себе одеть праздничную форму, поскольку Азербайджан хоть и победил в 44-дневной Отечественной войне, но у нас были шехиды.

- Помните, где вы встретили весть о Победе?

- Елена Микляева:

- В ночь с 9 на 10 ноября мы, как обычно «отстреливались» от армянских провокаторов в информационной среде. Только легла спать, как вдруг слышу крики "Карабах - это Азербайджан", после начал звонить телефон… Встала, включила телевизор и поняла, что Армения капитулировала. Конечно, это непередаваемые эмоции. Эту весть мы ждали все эти 30 лет.

- Вы активные борцы информационного фронта…

- А как иначе?! Знаете, что меня поражает во многих гражданах, особенно постсоветского пространства - неграмотность и неосведомленность. Люди, не зная истории этого, уже бывшего конфликта, пытаются представить нас агрессорами, заявляют, что это все это произошло на национальной почве… Глупости же, в Азербайджане всегда проживали люди самых разных национальностей, причем в мире и согласии. Не мы начали эту войну, нас в нее втянули, мы защищались, мы забрали то, что принадлежит нам по праву. Весь мир это должен понять и осознать. Мы терпели 30 лет, мы хоронили близких и родных, мы теряли сильнейших военнослужащих…

Я лично провожала тот борт, на котором летел Сафа Ахундов. В 1989 году он был назначен вторым пилотом вертолета Ми-8. 28 января 1992 года он совершил два успешных полета в Шушу. При повторном полете выпущенная армянскими боевиками ракета из ПЗРК со стороны Ханкенди взорвала его вертолет. Три члена экипажа и 47 пассажиров погибли при трагических обстоятельствах. Указом № 337 Президента Азербайджанской Республики 25 ноября 1992 года Ахундов Сафа Фатулла оглы был удостоен звания "Национальный герой Азербайджана".

Виктор Микляев:

Во время 44-дневной войны я хотел пойти на фронт, обратился в военный комиссариат, но мне отказали. Мы не могли сидеть просто так, я хотел оказать хоть какую-то посильную помощь. Опыт у меня большой, я мог бы быть советником. Когда мне отказали, мы с супругой решили воевать на информационном фронте. А еще в период войны мы отправляли продукты, старались поддерживать военнослужащих, как могли.

Наши бойцы показали большой патриотизм и волю к победе. А Шушинская операция, она же уникальна. О ней до сих пор говорят во всем мире. Какая боевая подготовка: каждый солдат, каждый военный знал свой маневр и справился со своей задачей превосходно. Иначе бы не было такого успеха.

- Вы тоже большой патриот!

- А как иначе?! Только так! Я когда понял, что началась война, душой уже был на фронте! Мы ведь тогда были не в Баку.

- А где?

- 21 сентября прошлого года мы поехали с женой и тещей отдыхать в Нафталан. 26 сентября решили проехать в Мингячевир. Все было хорошо, днем наслаждались природой, вечером отдыхали. 27 сентября в 06:00 армяне совершили провокацию и стали обстреливать наши позиции. Чуть позже Азербайджан перешел в контрнаступление, грохот был слышен и там.

Елена Микляева:

Моя мама - дитя войны, она не смогла выдержать артиллерийской канонады.

- Как вы думаете, после всего, что произошло, сможем ли мы вместе сосуществовать?

- Виктор Микляев:

Никогда! Они убили детей, отцов, дедов, матерей, сестер… Разве можно жить с такими людьми?! Я буду умирать, но не прощу это зверство. Мы 30 лет терпели, надеялись, что они одумаются. Давали шанс, а разве получили хоть какую-то благодарность?! Сколько раз наш Президент Ильхам Алиев говорил прмьер-министру Армении Пашиняну, оставь земли и мы прекратим войну… Но нет, этого не произошло, да и сейчас периодически мы становимся свидетелями армянских провокаций! Этим людям не нужен мир, им нужна война!

- После освобождения вам удалось посетить Карабах?

- К сожалению, нет, но очень хотелось бы. Если только появится такой шанс, с радостью! Я верю и жду, что наш флаг будет развеваться над Ханкенди! 

- Мы все этого очень ждем. 

- Но, увы, война не проходит бесследно.

- Здоровье...?

Виктор Микляев:

- ... (вздыхает).

- Елена Микляева: 

Он не любит обсуждать эту тему. Три года назад ему стало плохо, мы положили его в Центральный военный госпиталь. Мужу сделали кардиограмму, ЭХО сердца и ангиографию. Выяснилось, что центральная сердечная аорта закупорена на 99%, остальные на 95-97%. Это было показание к срочной открытой операции на сердце - аортокоронарному шунтированию (операция, позволяющая восстановить кровоток в артериях сердца путем обхода места сужения коронарного сосуда с помощью шунтов (сосудистых протезов) - авт.). Ровно три раза назначалась дата операции, но ее так и не делали по разным причинам.

Он пролежал 40 дней, в конце ноября 2018 года его выписали. А 1 декабря за рулем случился обширный инфаркт. Нам пришлось положить его в частную клинику, операция дорогостоящая, не сразу удалось собрать деньги… Немного помогли дети, в больнице пошли на уступки и подождали.

Мужа ввели в искусственную кому, сердце сильно пострадало... Если бы в военном госпитале нам вовремя сделали операцию, подобного бы не случилось. Я отправила письма в различные инстанции, в том числе министру обороны, чтобы нам хотя бы возместили материальный ущерб, ведь его по долгу службы должны были лечить в Военном госпитале. Мне пришло письмо из Минобороны о необходимости возмещения данной суммы. Однако, прошло три года, но мы так ничего не смогли добиться... 

Свяжитесь с нами

Другие новости раздела Война